А. Ф. ШИРЯЕВ
СИНХРОННЫЙ ПЕРЕВОД
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
СИНХРОННОГО ПЕРЕВОДЧИКА И МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ СИНХРОННОГО
ПЕРЕВОДА
Ордена Трудового Красного Знамени
ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
МИНИСТЕРСТВА
ОБОРОНЫ СССР
Москва --1979
ВБК81 Ш64
Автор несет ответственность за
аутентичность цитат.
Ширяев А. Ф.
Ш64 Синхронный перевод: Деятельность
синхронного переводчика и методика преподавания синхронного
перевода. -- М.: Воениздат, 1979.-- 183 с., ил.
В пер.: 50 к.
В учебном пособии дается описание
синхронного перевода с позиций советской психолингвистики.
Автор раскрывает строение деятельности синхронного
переводчика и механизмы, обеспечивающие параллельное
осуществление слушания и говорения. Изложение опирается ка
результаты проведенного автором экспериментального
исследования.
Книга содержит рекомендации по организации
подготовки синхронных переводчиков и систему упражнений,
направленных на выработку необходимых навыков и умений.
Издание рассчитано на переводчиков,
студентов и преподавателей языковых факультетов и вузов, а
также лингвистов, психологов и других специалистов,
интересующихся проблемами теории и практики перевода.
70104-013 068(02)-79
123-79
ББК81
4И(07)
© Воениздат, 1979
ВВЕДЕНИЕ
До конца двадцатых годов на международных
съездах, конференциях и совещаниях практиковался
последовательный перевод: речь оратора переводилась на
другие рабочие языки после ее прослушивания. В зависимости
от количества рабочих языков, принятых на собрании
разноязычных делегатов, каждое выступление последовательно
повторялось с трибуны несколько раз, что приводило к большой
потере времени. Лишь в конце двадцатых годов начал
эпизодически практиковаться перевод речей одновременно с их
прослушиванием, получивший в связи с этим название
синхронного перевода (об истории синхронного перевода см.:
Гофман Е. А., 1963; Longley P., 1968).
Синхронный перевод стал возможен благодаря
созданию технической установки, включающей микрофон оратора,
систему проводки, наушники и микрофоны переводчиков
(монтируемые в специальных кабинах) и наушники участников.
Каждый участник, подключаясь к соответствующей переводческой
кабине, получал возможность слушать перевод речи оратора
одновременно с самим: выступлением. Синхронный перевод давал
значительную экономию времени, особенно на международных
встречах, где использовалось несколько рабочих языков.
Для уяснения содержания термина «синхронный
перевод» целесообразно обратиться к классификации видов
переводческой деятельности вообще.
Классификация видов перевода обычно
проводится на основе различения: 1) формы (устной или
письменной) сообщения на языке перевода и 2) формы сообщения
на исходном^ языке (устная речь или письменные материалы).
Первый критерий позволяет разделить все виды перевода на две
группы: виды устного перевода и виды письменного перевода.
Последующее введение второго критерия да-
3
ет четыре основных вида перевода (рис. 1):
устный перевод устной речи, устный перевод письменных
материалов (перевод с листа с предварительной подготовкой
или без нее), письменный перевод устной речи (письменный
перевод магнитофонных записей, перевод под диктовку) и
письменный перевод письменных материалов (см.
Миньяр-Белоручев Р. К., 1959, с. 4; Бархударов Л. С., 1975,
с. 46).
Где же в этой классификации находится
синхронный перевод? Дать однозначный ответ на этот вопрос
невозможно. Дело в том, что в практике деятельности
синхронного переводчика реально встречаются три
разновидности, или варианта, синхронниги перевода,
относящихся к различным видам перевода.
Первой, наиболее распространенной
разновидностью синхронного перевода является синхронный
перевод на слух: переводчик воспринимает речь оратора через
наушники и переводит ее по мере поступления. Эту
разновидность обычно и называют собственно синхронным
переводом. Такой традиции будем придерживаться и мы.
Собственно синхронный перевод входит в устный перевод устной
речи, в который, кроме него, входит и последовательный
перевод.
Второй разновидностью синхронного перевода
является синхронный перевод с листа с предварительной
подготовкой или без нее: переводчик получает письменный
текст речи оратора за некоторое время до выступления
Рис. 1. Классификация видов перевода
или непосредственно перед выступлением и
выполняет перевод с опорой на письменный текст, сообразуясь
с развертыванием речи оратора и внося необходимые
коррективы, если оратор отступает от первоначального текста.
Синхронный перевод с листа нельзя безоговорочно отнести к
устному переводу письменных материалов, потому что
переводчик опирается в своей деятельности как на письменный
текст, так и на устную речь оратора. Эта разновидность
синхронного перевода находится где-то между устным переводом
устной речи и устным переводом письменных материалов.
Третьей разновидностью синхронного перевода
является синхронное чтение заранее переведенного текста: в
ходе выступления оратора переводчик зачитывает заготовленный
письменный текст перевода, сообразуясь с развертыванием речи
оратора и внося необходимые коррективы, если оратор
отступает от первоначального текста. Синхронное чтение
заранее переведенного текста содержит элементы как
письменного перевода письменных материалов, так и устного
перевода устной речи.
Разновидности синхронного перевода
представлены на рис. 2.
Синхронный перевод постепенно потеснил
последовательный перевод и к настоящему времени стал
основным видом перевода почти на всех многосторонних
международных форумах.
Большое распространение синхронный перевод
получил в Советском Союзе. Все конгрессы, съезды и
конференции разноязычных участников проводятся в нашей
стране с применением синхронного перевода. Синхронный
перевод применяется на сессиях Верховного Совета СССР
Рис. 2. Разновидности (варианты) синхронного
перевода
(на языки национальностей нашей страны). На
съездах КПСС осуществляется синхронный перевод на
иностранные языки для делегаций братских партий. Синхронный
перевод широко практикуется в области политических
межгосударственных связей и в области обмена
научно-технической информацией, в области культурного обмена
и при контактах по военной линии. В связи с активной
внешнеполитической деятельностью Коммунистической партии и
Советского Правительства сфера применения синхронного
перевода постоянно расширяется.
Появились и расширяются новые области
применения синхронного перевода, например, синхронный
перевод лекций, кинофильмов, театральных представлений. На
двусторонних встречах все чаще к переводчикам предъявляется
требование переводить высказывания представителей сторон
синхронно, вполголоса, без использования специальной
аппаратуры. Синхронный перевод вполголоса, шепотом
практикуется в целом ряде других ситуаций. Владение
синхронным переводом становится непременным требованием к
квалифицированному устному переводчику.
Возросшая потребность в синхронных
переводчиках требует совершенствования системы подготовки
переводчиков. Однако организация эффективной подготовки по
синхронному переводу связана с рядом трудностей.
Синхронный перевод--один из сложнейших
видов перевода. Главная особенность синхронного перевода
заключается в параллельности восприятия речи оратора и
порождения речи на языке перевода. Эта особенность
синхронного перевода определяет другие особенности этого
вида перевода и в первую очередь жесткий лимит времени: на
перевод синхронному переводчику отводится лишь период
произнесения речи оратором. Это время в два раза меньше
того, которым располагает переводчик при последовательном
переводе, и в 20--30 раз меньше, чем при письменном переводе
текста той же речи. Синхронному переводчику не только
отводится меньше времени на перевод, но и навязывается темл
перевода, который должен соответствовать темпу произнесения
речи оратором. Кроме того, особенностью синхронного перевода
является так называемый посегментный характер: синхронный
переводчик переводит текст по сегментам по мере их
поступления, тогда как при последовательном переводе (как и
при письменном переводе письменных материалов)
6
Переводчик сначала прослушивает
(прочитывает) весь текст.
Эти особенности делают синхронный перевод
очень сложным для овладения. К синхронному переводу,
пожалуй, менее всего применима традиционная формула: что-бы
переводить, нужно знать два языка и предмет разго-вора.
Известно, что не каждый человек, свободно владеющий
иностранным языком, способен овладеть комплексом навыков и
умений, обеспечивающим успешное осуществление синхронного
перевода (см. Швейцер А. Д., 1969, с. 138).
Отсутствие научно обоснованной эффективной
систе-мы подготовки синхронных переводчиков объясняется
также недостаточной изученностью процесса синхронного
перевода. Глубокие исследования проблем теории и практики
синхронного перевода начались лишь в шестидесятых годах. В
настоящее время на русском языке имеются только небольшие
публикации И. А. Зимней и Г. В. Чернова, М. Я. Цвиллинга, А.
Д. Швейцера и др. (текст данной работы был уже сверстан,
когда стало из-вестно о выходе в свет книги Г. В. Чернова).
Наряду с практическим значением научное
осмысле-ние синхронного перевода представляет значительный
теоретический интерес, так как может способствовать
достижению одной из целей лингвистики -- теоретическому
воссозданию механизмов порождения и восприятия речевых
высказываний (см. Колшанский Г. В., 1970, с. 11).
Настоящее пособие призвано восполнить до
некоторой степени/пробел в освещении этого интересного вида
перевода и методики его преподавания. Книга состоит из двух
частей.
Первая часть книги посвящена рассмотрению
синхронного перевода как вида речевой деятельности. При этом
главное внимание уделяется собственно синхронному переводу.
В этой части раскрываются строение деятельно-сти синхронного
переводчика, сущность параллельности процессов восприятия
речи оратора и порождения речи на языке перевода,
темпоральные характеристики и лингвистические особенности
синхронного перевода. Первая часть завершается описанием
комплексной модели синхронного перевода. При изложении
приводятся материалы экспериментального исследования автора
и привлекаются результаты работ других советских и
зарубежных авторов.
Вторую часть книги составляют практические
рекомендации по организации подготовки синхронных
переводчиков. В отдельных главах последовательно
рассматриваются цели обучения синхронному переводу, комплекс
знаний, умений и навыков, которые необходимо сформировать у
обучаемых, принципы организации обучения и система
упражнений. В заключение приводится вариант учебной
технической установки синхронного перевода.
В конце пособия приводится словарь
используемых терминов и дается список литературы.
Книга рассчитана на переводчиков-практиков,
сталкивающихся в своей деятельности с синхронным переводом,
студентов и преподавателей языковых вузов. Автор надеется,
что работа представит интерес и для специалистов,
занимающихся вопросами теории и практики перевода и других
видов речевой деятельности
Автор считает своим долгом выразить
глубокую благодарность доктору педагогических наук,
профессору Р. К. Миньяр-Белоручеву и кандидату
филологических наук, доценту Г. В, Чернову, ценные советы и
принципиальные критические замечания которых оказали большую
помощь в работе над рукописью.
ЧАСТЬ I
СИНХРОННЫЙ ПЕРЕВОД КАК ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
Слово «перевод» (имеется в виду
межъязыковой перевод) употребляется обычно в двух значениях:
как конечный результат работы переводчика и как процесс. В
настоящей монографии под словом «перевод» будет
подразумеваться процесс перевода. При необходимости назвать
продукт переводческой деятельности будет употребляться
термин «текст перевода» (текст--реально высказываемое,
высказанное или записанное предложение или совокупность
предложений любой длины. Ср. Ахманова О. С., 1969, с. 470 и
365).
Перевод, будучи сложным объектом,
предполагает возможность и правомерность изучения его с
различных позиций, в рамках различных научных дисциплин. При
наиболее распространенном в настоящее время лингвистическом
подходе под переводом понимается «межъязыковое
преобразование или трансформация текста на одном языке в
текст на другом языке» (Бархударов Л. С., 1975, с. 6; см.
также: Комиссаров В. П., 1973, Рецкер Я. И., 1950; Швейцер
А. Д., 1973; Федоров А. В., 1968; Catford J., 1965; Nida E.,
1969). Плодотворность лингвистического изучения перевода
бесспорна.
Наряду с лингвистическим подходом
представляет интерес психологический подход к анализу
перевода (см. Артемов В. А., 1969; Беляев Б. В., 1963;
Зимняя И. А., 1975).
Подход к переводу, избранный в настоящей
книге, является психолингвистическим и базируется на
принципах советской школы теории речевой деятельности.
Психологическая основа этой школы заложена трудами Л. С.
Выготского, А. Н. Леонтьева и А. Р. Лурия, лингвистиче-
екая -- работами И. А. Бодуэна де Куртенэ и
Л. В. Щербы. В настоящее время теория речевой деятельности
наиболее активно разрабатывается А. А. Леонтьевым, И. А.
Зимней и др. (см. коллективную монографию «Основы теории
речевой деятельности», 1974).
Психолингвистический подход к синхронному
переводу означает его деятельностное представление, т. е.
трактовку его как определенного вида деятельности (ср.,
например, подход к профессиональному переводу как
деятельности в кн.: Крупнов В. Н., 1976).
В общей схеме деятельности человека обычно
различают три сферы: познавательную,
общественно-производственную и коммуникативно-общественную
(Зимняя И. А., 1974, с. 66). Синхронный перевод можно
рассматривать как самостоятельный вид (разновидность)
речевой деятельности в сфере коммуникативно-общественной
деятельности.
Основными характеристиками конкретной
человеческой деятельности являются ее мотивационная и
целевая стороны, предмет, продукт ь структура деятельности.
В настоящей монографии наиболее существенными для описания
синхронного перевода являются понятия цели и структуры
деятельности.
Под целью деятельности (речь идет о цели,
субъективно осознаваемой) понимается конечный результат, на
достижение которого и направлена деятельность. Отметим, что
общая цель деятельности обычно дробится на составляющие ее
промежуточные цели, последовательная реализация которых
ведет к конечному результату.
Структура деятельности образуется
последовательностью или другой группировкой составляющих ее
действий. Под действием понимается процесс, направленный на
достижение субъективно осознанной промежуточной цели.
Действия в свою очередь состоят из операций. В отличие от
целей действий цели операций субъективно не осознаются --
операции выполняются автоматизирование. Поэтому операции
соотносятся не с целью, а с условиями выполнения.
Структура деятельности обладает большой
подвижностью вследствие динамичности составляющих ее
действий и операций. Например, на начальном этапе овладения
деятельностью, когда достижение конечного результата
дробится на множество мелких шагов с субъективным осознанием
их целей, структура деятельности состо-
10
ит из соответственно большого количества
действий. Когда же, с продвижением по пути овладения
деятельностью, некоторые промежуточные шаги начинают
выполняться без затруднений и без осознания их целей,
происходит укрупнение структурных единиц деятельности:
некоторые действия автоматизируются, превращаются в операции
и включаются в состав более крупных действий. При остающемся
постоянным уровне владения деятельностью тоже может
происходить трансформация ее структуры. Так, при усложнении
условий и возникновении затруднений цели некоторых операций
начинают осознаваться, включающие их действия
разукрупняются, превращаются в отдельные действия и структур
а деятельности дробится. Поэтому любое описание структуры
деятельности следует понимать условно, как соотносимое с
определенным уровнем владения деятельностью и с конкретными
условиями ее осуществления. «Деятельность опирается на
фиксированную систему ориентиров и осуществляется под
влиянием известных константных факторов, так или иначе
направляющих эту деятельность...» (Леонтьев А. А., 1974 (б),
с. 41). Вместе с тем «...деятельность нельзя
охарактеризовать как что-то полностью детерминированное во
всех своих конкретных проявлениях, нельзя рассматривать ее
как жесткую систему, работающую по заранее данному точному
плану.» (там же).
Деятельностный подход к синхронному
переводу предполагает такой анализ деятельности синхронного
переводчика, который приводит к выделению ее структурных
единиц и раскрытию характеризующих их отношений, т. е.
деятельностный подход предполагает поиск ответов на вопросы:
из каких единиц складывается деятельность синхронного
переводчика, каким образом действия объединяются в
деятельность, через какие операции реализуются действия в
различных условиях деятельности.
При таком подходе на первое место выступает
проблема установления структуры деятельности. Анализ
характеристик структуры деятельности синхронного переводчика
может быть проведен по следующим направлениям::
-- анализ строения деятельности и структуры
составляющих ее действий;
-- анализ типичных условий выполнения
действий и их влияния на строение деятельности;
-- изучение особенностей оперирования
материалом, составляющим объект деятельности.
11
В соответствии с этой проблематикой в
отдельных главах монографии рассматриваются строение
деятельности синхронного переводчика, сущность
одновременности восприятия исходного текста и порождения
текста на языке перевода, временные ограничения,
накладываемые на деятельность синхронного переводчика, и,
наконец, лингвистическая специфика синхронного перевода.
Глава 1
СТРОЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СИНХРОННОГО
ПЕРЕВОДЧИКА
§ 1. Методологические принципы анализа
строения деятельности синхронного переводчика
Прежде чем> приступить к анализу
строения деятельности синхронного переводчика, необходимо
изложить методологические принципы рассмотрения речевой
деятельности и исходные теоретические представления о
ре-чемыслительных процессах.
Первый избранный нами методологический
принцип анализа деятельности синхронного переводчика --
анализ по единицам, означающий разложение деятельности на
такие части, каждая из которых несет в себе все основные
свойства, присущие деятельности в целом, и не может быть
далее разложена без потери этих свойств (см. Выготский Л.
С., 1956, с. 46). Изучение полученных таким способом единиц
позволяет произвести затем моделирование деятельности,
складывающейся из этих единиц.
Второй принцип -- положение о трехчленности
строения, присущей как всей деятельности, так и каждой из
составляющих ее единиц. В соответствии с этим положением
деятельность в целом и каждое действие можно рассматривать
состоящими из 1) фазы ориентирования в условиях задачи и
выбора плана действий (действия), 2) фазы осуществления и 3)
фазы сопоставления результата с намеченной целью. На первой
фазе следует остановиться подробнее, так как она сложна по
составу. До начала осуществления действия субъект должен
обработать, сопоставить и синтезировать информацию,
необходимую для совершения адекватного действия, выработать
или выбрать способ действия и принять решение, когда начать
осуществление действия Таким образом, в первой фазе
12
можно предполагать наличие трех звеньев: а)
звена ориентирования в условиях задачи путем нащупывания
ориентиров, релевантных для действия, или путем опознания
знакомой ситуации; б) звена выработки или выбора плана
действия соответственно двум различным видам ориентирования;
в) звена принятия решения об осуществлении действия (см.
Анохин П. К-, 1966).
Третьим важным методологическим принципом,
определяющим понимание процесса речевой деятельности,
является признание эвристического характера процессов
восприятия и порождения высказываний. Сказанное означает,
что при выработке способа действия и его реализации
переводчик может избирать различные стратегии в зависимости
от конкретных условий деятельности (см. Пушкин В. Н. и др.,
1969; Леонтьев А. А., 1974).
Четвертый методологический принцип
заключается в определенном понимании процедуры выбора
способа действия и может быть назван вероятностным
прогнозированием. Идея о роли вероятностного прогнозирования
в оценке ситуации и выборе способа действия восходит к
понятию «модели будущего», выдвинутому Н. А. Берн-штейном, и
заключается в следующем. В результате отражения ситуации в
сознании субъекта действия возникает модель обстановки,
существующей к моменту начала действия,-- «модель прошедшего
-- настоящего или ставшего» в терминах Н. А. Бернштейна.
Модель прошедшего -- настоящего носит однозначный и
категоричный характер. Совместно с мотивацией она суживает
возможности выбора способа действия, но не настолько, чтобы
субъект мог выбрать какой-то один способ действия.
Одновременно в сознании субъекта формируется представление о
том, что произойдет с ситуацией в результате его
вмешательства,-- «модель будущего». Модель будущего не имеет
однозначного и категоричного характера, как модель
прошедшего-- настоящего. Она носит вероятностный характер,
так как вырабатывается на основе прошлого опыта, связанного
с действиями в подобных ситуациях, а также на основе
ориентировочных проб и прощупываний. Получается своего рода
веер возможных исходов, из которого субъект отбирает один
исход путем сопоставления вероятностной модели будущего и
задачи действия (см. Берн-штейн Н. А., 1966, с. 288).
В последние годы в советской физиологии
вероятностное прогнозирование трактуется не только как
активность,
13
направленная на определение того, что может
стать с ситуацией в результате действий субъекта, но и как
подготовка систем организма к реакции на ситуацию,
вероятность наступления которой представляется субъекту
максимальной (см. Фейгенберг И. М., 1966). Предварительная
мобилизация физиологических систем, связанных с реакцией на
будущую ситуацию, позволяет организму заранее приспособиться
к изменению обстановки. Более того, предполагается, что
принцип развития реакций, опережающих появление внешних
событий, лежит в основе функционирования человеческого мозга
как органа общего отражения внешнего мира.
Положение об опережающем отражении
действительности и о подготовке организма к изменению
обстановки представляется важным для понимания процесса
синхронного перевода, в котором действия переводчика состоят
в немедленном реагировании на постоянно изменяющуюся
обстановку.
Для адекватного описания механизма
синхронного перевода необходимы предварительные
представления о регулировании речевой деятельности на
психофизиологическом уровне. В соответствии со взглядами Н.
А. Берн-штейна, на которые мы будем опираться при дальнейшем
изложении, регулирование активности организма осуществляется
сложной многоуровневой иерархически организованной
постройкой. Во главе этой психофизиологической постройки
находится ведущий уровень, который регулирует решающие в
смысловом отношении компоненты -деятельности и управляет
нижележащими уровнями, обслуживающими фоновые или
технические компоненты. Субъектом актуально осознается
только ведущий уровень регулирования. С движением по уровням
вниз степень осознанности уменьшается. Формирование
психофизиологического механизма регулирования конкретных
форм: активности организма происходит постепенно, путем
автоматизации отдельных действий и переключения их на
низовые, фоновые уровни (см. Бернштейн Н. А., 1966, с. 99).
Конкретное приложение идей Н. А. Бернштейна к речевой
деятельности позволяет различать четыре уровня осознанности,
или потенциальной осознаваемости речевых действий и операций
(см. Леонтьев А. А., 1970, с. 11):
-- актуальное осознавание, в качестве
предмета которого выступает цель действия и деятельности
(например, в случае спонтанной речи предметом актуального
осозна-
14
вания будет, по мнению А. А. Леонтьева,
цель высказывания) ;
-- сознательный контроль, предметом
которого являются «сознательные операции», сформировавшиеся
из сознательных действий (в речевой деятельности им
соответствуют операции выбора синтаксических и лексических
средств) ;
-- бессознательный контроль, которому
соответствуют фонологические и до некоторой степени
морфологические и словообразовательные аспекты речевых
действий;
-- неосознанность, которой соответствует
звукообразование.
Что касается направленности внимания на
различные фазы действия и деятельности, то наиболее
творческой и, следовательно, наиболее осознаваемой считается
фаза ориентирования и выработки или выбора плана действия
(см. Анохин П. К., 1966, с. 14).
Наконец, следует кратко остановиться на
принципиальном понимании речемыслительных процессов. Мы
полагаем, вслед за Н. И. Жинкиным, что «... механизм
человеческого мышления реализуется в двух противостоящих
динамических звеньях -- предметно-изобразительном коде
(внутренняя речь) и речедвигательном коде (экспрессивная
речь).» (Жинкин Н. И., 1964, с. 36). Код внутренней речи
характеризуется субъективностью и состоит из знаков, образов
и представлений, носящих схематический характер. Связи между
компонентами кода во внутренней речи содержательны, а не
формальны. Мысль, реализованная в коде внутренней речи,
организуется не в виде последовательности знаков, а в виде
каких-то группировок или цепей. Понимание речи трактуется
при этом как переход от натурального языка к коду внутренней
речи, а порождение высказывания -- как обратный переход.
Таковы исходные теоретические положения,
через призму которых и будет в последующем рассматриваться
синхронный перевод.
§ 2. Предварительный теоретический анализ
строения деятельности синхронного переводчика
В соответствии с принятыми
методологическими принципами синхронный перевод можно
рассматривать как деятельность, состоящую из
последовательных взаимосвязанных действий. Предполагается,
что каждое действие
состоит из трех фаз: фазы ориентирования в
условиях очередной переводческой задачи и поиска (выбора)
решения, фазы осуществления и фазы контроля.
Попытаемся с помощью теоретических
рассуждений выявить характеристики переводческих действий
деятельности синхронного переводчика. Рассмотрим первую фазу
действия -- фазу ориентирования в условиях переводческой
задачи и поиска (выбора) решения.
Среди характеристик первой фазы действия
наибольшая внешняя выраженность свойственна, очевидно,
условиям переводческой задачи. По этой причине их легче
всего обнаружить. Что это такое -- условия переводческой
чадачи? С общепсихологических позиций под условиями задачи
понимается ситуация, требующая от субъекта некоторого
действия (Леонтьев А. Н., 1959, с. 232). Ситуация, в которой
развертывается деятельность синхронного переводчика, носит
многокомпонентный характер. Если в качестве примера
рассмотреть ситуацию применительно к деятельности
переводчика на каком-либо международном конгрессе
политических деятелей, то окажется, что в нее входят и
международная обстановка, и условия работы конгресса в
данной стране, и тема конгресса, и группировка сил
участников с их целями, и содержание речей уже выступивших
ораторов, и тема данного заседания, и характеристика
оратора, который поднимается на трибуну (ср. Чернов Г. В.,
1975(а), с. 83). Приведенные компоненты ситуации важны для
переводчика, так как они детерминируют его преднастройку к
переводу речи следующего выступающего.
На основе знания международной обстановки,
истории подготовки и созыва конгресса, целей участников,
политики страны, которую представляет оратор, и других
факторов переводчик строит в своем сознании вероятностную
модель ораторской речи, которую ему предстоит переводить. В
зависимости от практического опыта и знаний переводчика эта
модель может носить более или менее детализированный
характер. Такая преднастройка к действиям не является
чертой, присущей только синхронному переводу. В последние
годы в советской физиологии принцип развития реакций,
опережающих появление внешних событий, рассматривается в
качестве главной характеристики функционирования
человеческого мозга (см. Фейгенберг И. М., 1966). В
психологии речи и, в частности, при рассмотрении процесса
восприятия речи «принцип
10
опережающего отражения действительности
предполагает предвосхищающее речевой сигнал выдвижение
смысловой гипотезы, детерминируемой прошлым опытом,
ситуацией общения и контекстом речевого сообщения ...»
(Зимняя И. А., 1976, с. 30).
Имеется еще один, самый важный для
переводчика, компонент ситуации -- начинающаяся речь
оратора. В отличие от других, относительно стабильных на
период речи оратора компонентов, этот компонент обладает
динамичностью. Именно начинающаяся речь оратора побуждает
переводчика к немедленным действиям.
Помещение речи оратора в самом конце
перечня компонентов ситуации может показаться
парадоксальным. Однако это сделано преднамеренно, чтобы
подчеркнуть роль и значение ситуативной обусловленности
действий синхронного переводчика.
Итак, оратор начинает свое выступление.
Аудитория, услышав первые слова оратора, ожидает перевода их
на соответствующие рабочие языки. Возникает ситуация,
требующая от переводчика (переводчиков) первого
переводческого действия из цепи действий, составляющих
деятельность по переводу данной ораторской речи.
С началом речи оратора переводчик
воспринимает начальный отрезок исходного текста,
составляющий условия первой переводческой задачи, выделяет
ориентиры, характеризующие его смысловое содержание и
языковую форму. Таким образом, переводчик накапливает
информацию для поиска (выбора) переводческого решения. Если
преднастройка переводчика к первому действию была адекватной
и достаточно детализированной (веер возможных вариантов
начала речи оратора в сознании переводчика включал
актуализированный вариант), то происходит идентификация
исходного отрезка, и переводчик приступает к выбору решения
из ряда заготовленных. Если же прогноз оказался не полным
или не совсем точным, то переводчик на основе выделенных
ориентиров, своего прежнего опыта и имеющихся знаний
совершает поиск решения. С принятием решения первая фаза
действия заканчивается.
Вторая фаза действия (фаза осуществления)
проще по своему содержанию. Она заключается в завершении
порождения отрезка текста на языке перевода в соответствии с
принятым решением. В ходе второй фазы переводчик
развертывает во внешней речи фрагмент высказыва-
17
ния на языке перевода, сконструированный
или выбранный из ряда заготовленных во время первой фазы
действия.
Первая и вторая фазы переводческого
действия характеризуются скоротечностью. Их
продолжительность исчисляется долями секунды или несколькими
секундами.
Третья фаза действия (фаза контроля)
заключается в оценке переводчиком правильности выполнения
перевода. Теоретически можно предположить, что она
значительно растянута по времени. Переводчик может
удостовериться D правильности ориентирования и принятого
решения лишь после восприятия нескольких высказываний
оратора.
Перейдем к следующему, второму
переводческому действию. При рассмотрении второго
переводческого действия важно определить момент его начала.
Когда переводчик закончил ориентирование в
условиях первой переводческой задачи и приступил к поиску
(выбору) переводческого решения, в исходной речевой цепи
появилось начало нового отрезка. Параллельно с поиском
(выбором) решения и осуществлением первого действия
переводчик вынужден приступить к ориентированию в условиях
следующей, второй переводческой задачи. Таким образом,
первая фаза второго переводческого действия началась в тот
момент, когда первое действие находилось на подступах к
своей второй фазе. Поиск (выбор) переводческого решения во
втором действии совершался позднее -- параллельно с
окончанием второй фазы первого действия. Что же касается
фазы осуществления второго действия, то она последовала за
фазой осуществления первого действия. Фаза контроля второго
действия последовала в свою очередь за фазой осуществления
того же действия, развертываясь параллельно с фазой контроля
предыдущего действия.
Третье и последующие переводческие действия
протекают по аналогичной схеме и сочленяются с
предшествующим действием таким же образом, каким второе
действие сочленяется с первым.
Таковы в самом кратком виде предварительные
теоретические представления о структуре деятельности
синхронного переводчика и составляющих ее единицах. Следует
однако подчеркнуть, что речь идет лишь о наиболее общей
схеме, которая может видоизменяться в зависимо-
18
сти от конкретных условий деятельности и
эвристической стратегии переводчика.
В приведенном описании строение
деятельности синхронного переводчика характеризуется двумя
взаимосвязанными чертами: многошаговостью и однотипностью
шагов.
Многошаговость, свойственная внутренней
структуре и организации речевой деятельности вообще
(Леонтьев А. А., 1974 (в), с. 79), заключается в
необходимости принимать определенное решение перед каждым
шагом на пути к достижению конечной цели.
Однотипность шагов выражается в
однотипности целей переводческих действий и однотипности их
структуры.
Указанные черты синхронного перевода
облегчают его анализ, так как для установления структуры
деятельности синхронного переводчика достаточно исследовать
варианты типовых шагов и связи, объединяющие их в единый
процесс (здесь мы временно абстрагируемся от описания других
сторон деятельности синхронного переводчика, таких,
например, как одновременность восприятия речи оратора и
говорения на языке перевода, темпоральные характеристики и
лингвистическая специфика синхронного перевода).
Изучение переводческих действий
целесообразно проводить путем анализа условий переводческих
задач и продуктов действий. Правильная расшифровка отрезков
исходного и переводного текстов может дать исходные данные
для понимания механизма синхронного перевода (ср. Колшанский
Г. В., 1969, с. 180). Подчеркнем при этом, что в
соответствии с подходом, принятым в советской
психолингвистике, важнее установить то, из каких единиц
складывается деятельность синхронного переводчика, чем то,
на какие элементы разлагаются ее предмет и продукт.
При анализе исходного текста нам придется
часто оперировать понятием «отрезок исходного текста,
содержащий условия очередной переводческой задачи». Для
выражения этого понятия необходимо подобрать термин.
Используемый ранее термин «единица перевода» (Ширяев А. Ф.,
1973) следует признать неудачным. Принимая во внимание роль
такого отрезка в деятельности синхронного переводчика,
целесообразно назвать его единицей ориентирования. Итак,
единица ориентирования есть отрезок исходного текста,
смысловое восприятие которого поз-
19
воляет переводчику приступить к поиску или
выбору очередного переводческого решения.
Единица ориентирования не принадлежит к
классу математических единиц и не предназначена для
исчисления. Ее природа подобна природе единиц, используемых
в лингвистике и психологии (ср. термин «единица смыслового
решения», которым обозначается речевое звено, выступающее в
подобной роли при смысловом восприятии речевого сообщения,
-- Зимняя И. А., 1976, с. 31).
Отметим, что введение термина «единица
ориентирования» носит принципиальный характер, так как
обусловлено общим пониманием процесса восприятия исходного
текста и порождения текста на языке перевода в синхронном
переводе. В соответствии с принятой концепцией текст на
языке перевода появляется не в результате простого
перекодирования исходного текста по последовательным
отрезкам'. Порождение речи на языке перевода есть процесс
реализации внутренней программы высказываний, которая
складывается в сознании переводчика благодаря ориентированию
в ситуации и особенно в ее важнейшем ком-поненте -- речи
оратора. Большинство компонентов ситуации относительно
стабильно, и ориентирование переводчика в них совершается в
основном до начала перевода, а в ходе перевода лишь
углубляется и дополнительно осмысливается. Ориентирование
переводчика в речи оратора происходит в ходе самого
перевода, а результаты ориентирования используются
немедленно, по мере их получения. Поэтому ориентирование и
речи оратора носит шаговый характер. Именно этим объективным
обстоятельством и диктуется необходимость введения данного
термина.
Проблема выделения отрезков исходного
текста, которые могут служить основаниями для порождения
отрезков текста на языке перевода, далеко не нова. В разных
аспектах и с различными целями она рассматривалась целым
рядом исследователей, главным образом, в теории перевода и в
сравнительной стилистике. Можно привести несколько классов
языковых явлений, обсуждаемых в качестве таких отрезков.
К первому классу относятся языковые
явления, традиционно выделяемые в лексикологии и грамматике
исходного языка: определенные типы слов,
словообразовательные модели, синтаксические структуры. Идя
от опреде-
20
ленной формальной категорий в исходном
языке и ее значения, исследователь на основе сопоставления
исходных и переводных текстов устанавливает формальные
средства на языке перевода, выражающие то же значение, и
формулирует способы перевода определенных языковых единиц в
конкретной языковой комбинации. Указанная методика,
разработанная А. В. Федоровым и Я. И. Рецкером в рамках
теории закономерных соответствий (Федоров А. В., 1961,
Рецкер Я. И., 1950), нашла применение в работах многих
авторов в нашей стране и за рубежом, а сделанные с ее
помощью ценные обобщения легли в основу большинства
учебников перевода. Однако исследования, проводимые в русле
теории закономерных соответствий, освещают интересующую нас
проблему со специфической стороны, а именно, как типовые
отношения между результатами перевода и исходным языковым
материалом. Динамика процесса перевода находится при таком
подходе на периферии объекта исследований. Остается неясным,
какие отрезки исходного текста служат единицами
ориентирования переводчика в ходе его деятельности.
Второй класс единиц выделяется при
сопоставительном изучении пар языков для характеристики
возможных формальных и семантических преобразований в
процессе перевода. В качестве базового понятия здесь
фигурирует единица перевода, которая определяется как
наименьший сегмент высказывания, который в силу связей между
составляющими его элементами не может быть переведен по
частям (Vinay J.-P., Darbelnet J., 1958, p. 37). Существует
сложная система классификации таких единиц. Так, по роли в
высказывании различаются функциональные единицы (пример
членения на такие единицы: II habite | Saint-Sauveur | à
deux pas | en meublé | chez ses parents), семантические
единицы или единицы смысла (sur-le-champ, avoir lieu) и др.
По составу различаются простые единицы
(равные слову), сложные единицы (несколько слов) и дробные
(состоящие из части слова). Применяются и другие критерии
классификации.
Дальнейшее развитие этой методики
выразилось в разработке сегментации текста на единицы
перевода, которая, по мнению авторов (см. Talblanc A.,
1961), позволяет определить отсутствие пропусков при
переводе. Ниже
21
следует пример сегментации применительно к
переводу С французского языка на немецкий:
Ce disant | il remonta | rapidement le long
vestibule | et ouvrit une porte de côté qui donnait | dans
un corridor.
Методика выделения единиц перевода в таком
понимании представляет несомненный интерес для
сопоставительного изучения языков, но ее использование для
исследования динамических аспектов синхронного перевода
представляется возможным лишь в узких целях: для выделения в
исходном тексте минимальных языковых единиц, на которые
может ориентироваться переводчик.
Третий класс единиц был предложен в рамках
методики «способ устного переводчика» для составления
словаря индивидуальной речи и изучения значений (Степанов Ю.
С., 1965, с. 258; 1966, с. 215). Способ устного переводчика
заключается в следующем: исследователь читает про себя текст
на иностранном языке (или слушает медленную речь), следит за
своим пониманием и по мере чтения (слушания) переводит вслух
на родной язык. «...Минимальный отрезок исходной речевой
цепи, могущий
быть переведенным при указанном способе
перевода...» (Степанов Ю. С., 1965, с. 263), составляет
единицу перевода. Пример членения текста на такие единицы:
Contrairement | aux moeurs un peu
débraillés des artistes j Baudelaire se piquait de garder
les plus étroites convenances | ...
Критерием классификации единиц служит
временное расхождение между произнесением говорящего и
пониманием слушяющего. По этому признаку выделяются единицы,
имеющие минимальное расхождение (они совпадают со словом),
единицы, имеющие расхождение несколько выше минимального, и
единицы, непереводимые вплоть до окончания предложения.
Хотя способ устного переводчика является
интроспективным наблюдением процесса поним-ания и перевода
при чтении или слушании исходного текста, между условиями
опыта и реальными условиями деятельности синхронного
переводчика имеется некоторое сходство. Поэтому
представляется интересным использование такого критерия
выделения единиц, как временное отставание текста перевода
от исходного текста.
Единицы перевода выделяются и в теории
машинного перевода. Здесь различается несколько видов единиц
перевода: отрезок исходного текста по отношению к отрезку
22
текста перевода, отрезок исходного текста
по отношению к системе языка перевода, отрезок исходного
текста по отношению к системе исходного языка и отрезок
исходного текста по отношению к языку-посреднику (см. Ревзин
И. И., Розенцвейг В. Ю., 1964, с. 113--120). Последний вид
определяется как «...минимальный отрезок текста ИЯ,
соответствующий такому набору элементарных смыслов в
языке-посреднике, который может быть поставлен в свою
очередь в соответствие с некоторым отрезком в ПЯ.» (там же,
с. 117).
Подробный анализ подходов к выделению
отрезков исходного текста, способных служить основаниями для
шагов по порождению речи на языке перевода, не входит в нашу
задачу. Очевидно, рассмотренные методики не могут
использоваться в неизменном виде для выделения единиц
ориентирования в синхронном переводе. Но проведенный разбор
позволяет обнаружить некоторые приемы, могущие оказаться
плодотворными при проведении эксперимента на материале
синхронного перевода. Отметим, во-первых, предложенный Ю. С.
Степановым способ выделения единиц понимания и перевода из
временного расхождения между пониманием слушающего и
произнесением говорящего. Во-вторых, возьмем на заметку
приемы соотнесения таких отрезков с языковыми единицами и
результатами синтаксического членения речевого высказывания
(теория закономерных соответствий, сопоставительное изучение
языков). В-третьих, исходя из идеи о соотнесении отрезков
исходного текста с наборами смыслов (теория машинного
перевода), отметим возможность соответствий между выделением
единиц ориентирования, шагами складывания внутренней
программы высказывания переводчика и ее реализацией.
Размеры единиц ориентирования в синхронном
переводе детерминированы, по-видимому, организацией
исходного текста и условиями синхронного перевода. Но можно
предположить, что величина единиц ориентирования зависит и
от некоторых особенностей встречной активности самого
переводчика. В пределах упомянутой детерминированности
переводчик обладает свободой выбора единиц ориентирования в
исходном тексте. Выделение переводчиком в речевом потоке на
исходном языке последовательных отрезков, по которым
происходит ориентирование в речи оратора, можно назвать
сегментацией исходного текста (использование этого термина
ср. Рев-
23
зин И. И., Розенцвейг В. Ю., 1964, с. 119;
Goldman-Eisler F., 1972, p. 127).
Сегментация исходного текста в синхронном
переводе внешне выражается в отставании переводчика от
оратора. Отрезок исходного текста, на который переводчик
отстает от оратора, за вычетом его части, которая звучит во
время поиска или выбора решения, может считаться единицей
ориентирования. При этом возможны случаи, когда переводчик
опознает отрезки исходного текста по их части и принимает
решение не ожидая, пока они полностью прозвучат. Поэтому
отрезки исходного текста, составляющие единицы
ориентирования, обозначаются отставанием переводчика с
некоторыми отклонениями.
Осуществляя сегментацию речевого потока на
единицы ориентирования, синхронный переводчик вынужден
избирать отрезки исходного текста, отвечающие определенным
требованиям. Во-первых, чтобы служить основой для порождения
отдельной знаменательной части фразы в определенном
синтаксическом оформлении, такой отрезок должен представлять
собой речевое звено, т. е., с одной стороны, отдельный в
синтактико-семантическом отношении компонент исходной фразы
или целую фразу и, с другой стороны, обладать признаками,
которые позволяют вычленять его на слух. Отрезки исходного
текста, выступающие в двух планах одновременно, как единицы
синтактико-семантического членения и как единицы
интонационного членения речевого потока, являются наиболее
вероятными величинами, которые могут избираться в качестве
единиц ориентирования в синхронном переводе. Во-вторых,
отрезок исходного текста, составляющий единицу
ориентирования, ограничен по величине возможностями
оперативной памяти переводчика. Отсюда можно предположить,
что единицы ориентирования будут тяготеть к минимальным'
величинам, удовлетворяющим первому вышеизложенному
требованию (см. Бенедиктов Б. А., 1968).
Удачным объектом для сегментации сразу по
двум изложенным критериям является ораторская речь на
французском языке.
В речи на французском языке наблюдаются
следующие фонетически выделяемые смысловые величины:
ритмические группы, синтагмы, дыхательные группы,
интонационные члены в двучленных повествовательных
предложениях (см. Щерба Л. В., 1957, с. 83--85). Заметим,
что в
24
отличие от ряда других языков в речевом
потоке на французском языке слова не несут собственного
ударения и поэтому фонетически не выделяются, Рассмотрим эти
интонационно-смысловые величины.
Ритмическая группа является минимальной
фонетически оформленной смысловой величиной. Она называет
предмет, явление, действие или их отдельные качества. На
слух ритмическая группа представляет собой
последовательность слов, которая несет ударение на последнем
слоге с легким изменением мелодики и иногда с долготой
ударного гласного в конце группы слов. Минимальный состав
ритмической группы определяется рядом грамматических правил.
Одну ритмическую группу составляют все служебные слова
вместе со знаменательным словом, застывшие выражения,
определяемое слово вместе с определяющим, стоящим перед ним,
определяемое слово вместе с определяющим односложным словом,
стоящим после него. Приведем пример членения речевого потока
на ритмические группы (они отделяются вертикальной чертой) :
Les impérialistes, | en premier lieu | l'impérialisme |
américain | se livrent | à des tentatives | désespérées |
pour faire tourner | en arrière | la roue de l'histoire. |
Ритмическое членение французской речи не является абсолютно
строгим, и говорящий может в определенных пределах по-своему
расставлять ритмические ударения, нюансируя семантическое
членение фразы. В лингвистике считается, что ритмические
группы могут служить единицам« понимания и перевода
(Степанов Ю. С., 1965, с. 258; Vinay J.-P., Darbelnet J.,
1958, p. 37; Malblanc A., 1961, p. 21).
По сравнению с ритмической группой синтагма
представляет собой более сложное фонетическое и смысловое
единство. Она может включать одну, две или несколько
ритмических групп. Среди фонетических средств оформления
синтагмы необходимо отметить отчетливое изменение тона в
конце синтагмы, усиление ритмического ударения последней
ритмической группы, увеличение долготы ударного долгого
гласного в последней группе и некоторую задержку дыхания или
паузу после синтагмы. В ораторской речи на французском языке
ритмико-мелодическое членение речевого потока на синтагмы
выступает очень четко, и вычленение синтагмы на слух не
представляет особых трудностей. Существуют предположения,
что синтагма наиболее часто среди других величин избирается
в
25
качестве единицы устного перевода (Степанов
Ю. С., 1966, с. 218).
В плане содержания синтагма выражает
некоторый фрагмент мысли, который оформляется в сознании
говорящего в данный момент речепроизводства (Щерба Л. В.,
1957, с. 86; ср. используемое Ч. Осгудом понятие
«функционального класса» как единицы семантического уровня
языковой способности, см. Osgood Ch. E., 1965, p. 72).
Поэтому членение на синтагмы носит субъективный характер и
определяется задачей высказывания, соотношением его частей,
длиной высказывания. С помощью синтагматического членения
своей речи говорящий осуществляет «квантование» передаваемой
информации, выделяет наиболее важные части фразы, создает
общий ритмический рисунок высказывания.
Между членением высказывания на синтагмы и
грамматической структурой предложения существует
определенная связь, но между ними нет постоянного
соответствия. Чаще всего в самостоятельные синтагмы
выделяются отдельные распространенные члены предложения:
обстоятельства места, времени, цели, причины, группа
подлежащего, группа сказуемого и т. д.
Во фразе, которая уже приводилась в
качестве примера членения на ритмические группы, оратор
выделил следующие синтагмы (их границы обозначены двумя
вертикальными чертами):
Les impérialistes, 11 en premier lieu
l'impérialisme américain 11 se livrent à des tentatives
désespérées 11 pour faire tourner en arrière la roue de
l'histoire. | |
Дыхательные группы характеризуются в
современной фонетике как отрезки речевой цепи, после которых
берется полное дыхание, т. е. делается значительная пауза.
Дыхательные группы включают одно или несколько предложений.
Из практического опыта известно, что отставание переводчика
от оратора на несколько предложений означает слишком большую
нагрузку на оперативную пам.ять. Поэтому избрание
дыхательных групп в качестве единиц ориентирования возможно
лишь в отдельных случаях.
Членение двучленного повествовательного
предложения на интонационные члены связано с
противопоставлением коммуникативных членов: логического
субъекта и логического предиката. Часть предложения, которая
выражает образ или ситуацию, вызываемые субъектом, про-
26
тивопоставляется описанию изменений или
отношений образа или ситуации в результате предикации.
Фонетическое оформление противопоставления логического
субъекта и логического предиката во французском языке
заключается в повышении тона к концу первого интонационного
члена, последующей паузе и нисходящем' движении тона во
втором члене. Вот примеры предложений с двумя интонационными
членами:
Un tir sur un objectif de coordonnées
connues ayant été décidé, -- le rôle des différents organes
dans la préparation du tir est le suivant...
Au cas où l'ennemi réussit à pénétrer à
l'intérieur du dispositif ami, -- l'artillerie continue à
adapter ses feux à la situation du moment.
Отметим, что далеко не все предложения
произносятся как двучленные и что окончание интонационного
члена совпадает с окончанием синтагмы. Поэтому выделение
интонационных членов в качестве единиц ориентирования может
рассматриваться как частный случай сегментации исходного
речевого потока в синхронном переводе.
На основе изложенного представляется
возможным сформулировать следующую рабочую гипотезу для
экспериментальной проверки.
1. В синхронном переводе должен иметь место
регулярный сдвиг, выражающийся в отставании переводчика от
оратора. Это отставание необходимо переводчику для
восприятия отрезков исходного текста, на основе
ориентирования в которых принимается решение на переход к
языку перевода.
2. В соответствии с эвристическим принципом
функционирования речевой способности единицы ориентирования
в синхронном переводе могут быть различными по составу и
величине в зависимости от конкретной ситуации. Наиболее
вероятными отрезками, которые могут избираться в качестве
единиц ориентирования, являются смысловые величины в речи
оратора, совпадающие с единицами интонационного членения
речевого потока: синтагмами, ритмическими группами,
интонационными членами. Возможно также ориентирование
переводчика по элементам синтаксической организации
высказываний.
3. Становление механизма сегментации
исходного речевого потока должно проявляться у овладевающих
27
синхронным переводом в постепенном
нащупывании и стабилизации величин отставания от оратора.
§ 3. Методика экспериментального
исследования динамических аспектов синхронного перевода
В деятельности синхронного переводчика
восприятию и непосредственному наблюдению доступны только а)
развертывающийся исходный текст, составляющий объект
ориентирования переводчика, и б) тоже развертывающийся во
времени текст, порождаемый переводчиком. Перевести динамику
этих процессов в статику и получить картину их взаимного
расположения во времени для анализа-- такова цель методики,
излагаемой ниже (при этом преследовались и другие цели; см.
Ширяев А. Ф., 1971). Эксперименты ставились в классе
синхронного перевода (см. приложение 2). Обработка
материалов производилась в лабораторных условиях.
В опытах принимали участие 7
профессиональных пе-реводчиков, владеющих синхронным
переводом' (группа 1), и две группы студентов, обучаемых
синхронному переводу. Одна группа (7 человек, группа 2)
овладела основами всех видов письменного перевода, устного
перевода письменных материалов и последовательного перевода
и уже обучалась синхронному переводу в течение 6 месяцев по
2 часа в неделю. Другая группа (8 человек, группа 3)
находилась на самом начальном этапе курса синхронного
перевода (опыт проводился на первых занятиях по синхронному
переводу).
Каждому испытуемому было предложено
перевести синхронно на русский язык 8--11 текстов на
французском языке (около 10 минут звучания каждый)
--отрывков из записанных на магнитную ленту речей
общественно-политических деятелей. Перед переводом каждого
текста испытуемым давалась ориентировка относительно
ситуации, в которой развертывалось выступление оратора.
Исходный текст подавался в кабины синхронного перевода с
первого канала двухканального магнитофона. Переводной текст
фиксировался через второй канал параллельно на той же ленте.
Таким образом было получено параллельное звучание речей
ораторов и речей переводчиков (время прохождения сигнала
через электрическую схему магнитофона практически равняется
нулю).
С помощью многоканального осциллографа
взаимное
28
расположение во времени параллельных
речевых потоков было зафиксировано на осциллографической
ленте в виде отдельных замеров по 30--90 секунд каждый общей
продолжительностью около 3,5 часа. Запись производилась со
следующими показателями: скорость 50 мм/с, точность до 20 мс
(миллисекунд), диапазон частот 0--8000 герц.
На ленте (рис. 3) отчетливо видно, что речь
оратора и речь переводчика состоят из отдельных речевых
звеньев, разделяемых паузами (под речевым звеном, или
речевым тактом, понимается основная единица
ритмико-интонаци-онного членения речевой цепи, произносимая
одним непрерывным произносительным потоком и выделяемая
паузами (Ахманова О. С., 1969, с. 468). Сравнение
расположения речевых звеньев текста перевода и
соответствующих речевых звеньев исходного текста показывает
общее смещение (запаздывание) текста перевода.
Перейдем к выделению единиц ориентирования.
Начнем с нашего примера, зафиксированного на
осциллографической ленте. До начала произнесения
переводчиком переводного текста прозвучал следующий отрезок
исходной речевой цепи: Les impérialistes, en premier Heu.
Время звучания отрезка составило 1880 мс (на рисунке одно
деление соответствует 200 мс; на оригинале осциллограммы
более дробная сетка позволяет производить измерения с
точностью до 20 мс). Время, необходимое переводчику для
выработки переводческого решения после прослушивания
отрезка, составляет по экспериментальным данным 340 мс при
отрезке в одно знаменательное слово и 430 -- 760 мс при
отрезке, равном словосочетанию (Бенедиктов Б. А., 1970 (а,
б), с. 99 и 115). За это время оратор, говорящий на
французском языке, может произнести 2 -- 4 слога. Введение
поправки на время поиска решения и порождение компонента
высказывания (до этапа произнесения) дает продолжительность
ориентировочного звена действия (1880 мс -- 340 мс=1540 мс).
С учетом этой поправки единицей ориентирования переводчика к
первому действию можно считать отрезок Les impérialistes и
начало следующего отрезка, свидетельствующее об отсутствии
определения у этого слова.
Далее в исходной речевой цепи следует
отрезок, составляющий объект ориентировочного звена второго
действия. Его окончание будет обозначаться (с
соответствующей поправкой) началом звучания соответствующего
отрезка переводного текста. В нашем примере второй еди-
29
Рис. 3. Фрагмент осциллографической записи
речей оратора и синхронного переводчика
ницей ориентирования будет en premier lieu
l'impérialisme américain. Отметим, что во время
осуществления первого действия переводчик должен
осуществлять ориентировку ко второму действию, а
осуществление второго действия совпадает со звучанием
отрезка исходного текста, составляющего единицу
ориентирования следующего действия.
За отрезком, составляющим вторую единицу
ориентирования, в исходной речевой цепи следует пауза около
1000 мс и затем речевое звено se livrent à des tentatives
désespérées. Переводчик начинает произносить соответствующий
этому звену отрезок переводного текста лишь после окончания
звучания исходного речевого звена. Это дает основание
считать все исходное речевое звено третьей единицей
ориентирования. Точно такая же ситуация отмечается и в
переводе последнего речевого звена. Объектом ориентирования
к последнему действию будет: pour faire tourner en arrière
la roue de l'histoire.
Указанным способом были обработаны все
тексты и было выделено 7632 единицы ориентирования для 1-й и
2-й групп и 844 единицы ориентирования для 3-й группы.
§ 4. Об ориентировании переводчика в речи
оратора
Какие отрезки исходного текста выбирают
переводчики в качестве единиц ориентирования? Начнем с
сегментации речевого потока, осуществляемой переводчиками
1-й группы. Приведем текст, сегментированный на единицы
ориентирования переводчиком 1-й группы. На каждой строке
расположено по одной единице ориентирования. Членение
речевого потока оратором на ритмические группы отмечается
одной чертой, на синтагмы -- двумя чертами:
1. L'influence |
2. de la Révolution | Socialiste d'Octobre
11
3. a été décisive 11
4. pour l'évolution | du mouvement |
ouvrier français i |
5. en ce sens qu'elle a aidé de façon |
déterminante
6. l'avant-garde | du mouvement | ouvrier |
français
7. à se tirer | de l'ornière du réformisme
et de l'opportunisme 11
8. et à s'engager 11 sur le chemin 11
9. du combat | pour le socialisme et le
communisme. ||
10. C'est en effet à la suite |
11. de la Révolution | d'Octobre 11
31
12. en décembre | 1920 |j
13. que la majorité | du Parti | Socialiste
| s'est prononcée 11
14. pour l'adhésion | à l'Internationale |
Communiste | |
15. et pour l'adoption | des principes |
léninistes 11
16. qui ont conduit 11 à la victoire | de
la Révolution | d'Octobre. ||
17. Ainsi |
18. est né || le Parti | Communiste |
Français ||
19. qui s'est développé et a grandi 11
20. en s'inspirant des grandes idées |
d'Octobre 11
21. et en les conjugant 11
22. avec | les meilleures traditions |
révolutionnaires | de notre peuple. 11
Из приведенной сегментации следует, что
данный переводчик предпочитает избирать в качестве единиц
ориентирования синтагмы, на которые оратор членит свою речь
(п. 3--7, 9, 12--15, 19--22). В трех случаях из 22
переводчик избрал отрезки, превосходящие одну синтагму (п.
8, 16 и 18). В случае, представленном в п. 16, причина
объединения двух синтагм в одну единицу ориентирования (qui
ont conduit + à la victoire de la Révolution d'Octobre)
Заключается, предположительно, в том, что немедленное
определение контекстуального значения глагола conduire
(вести, сопровождать, управлять, руководить) оказалось
Затруднительным, и переводчику пришлось ожидать появления
следующих слов (conduit à la victoire ...). В следующем
случае (п. 18) переводчик не мог с окончанием синтагмы
перевести est né, так как не знал еще, в каком роде следует
поставить глагол. Появление слова le Parti из следующей
синтагмы позволило ему определить род глагола на русском
языке. Аналогичными причинами можно объяснить объединение
синтагм, представленных в п. 8 (кстати, выделение синтагм
оратором в данном случае является отклонением от нормы:
фразеологический оборот составляет обычно одну синтагму).
Данный переводчик трижды дробил синтагмы на
единицы ориентирования (п. 1, 2, 10, 11 и 17). В первом
случае (п. 1) в связи со значительной паузой между
предложениями переводчику было необходимо, по-видимому,
раньше начинать говорение, чтобы не увеличивать паузу еще
больше. Оперирование второй частью синтагмы привело к случаю
в п. 2, производному от предыдущего. Такими же причинами
можно объяснить дробление синтагм
32
в п. 10, 11 и 17. Единицы ориентирования,
оказавшиеся меньше синтагмы в результате такого дробления,
составляют в рассматриваемом примере одну ритмическую группу
(три раза -- п. 1, 10 и 17), две ритмические группы (п. 11)
и три ритмические группы (п. 2).
Тот же текст другие переводчики 1-й группы
сегментировали с небольшими отличиями от приведенных
примеров.
Три переводчика при переводе некоторых фраз
следовали за оратором с меньшим отставанием, расчленяя
некоторые синтагмы на две единицы, например (граница между
единицами обозначена тире) :
-- en ce sens | qu'elle a aidé | -- de
façon | déterminanteil;
-- que la majorité | du Parti Socialiste |
-- s'est prononcée 11 ;
-- qui s'est développé | -- et a grandi | |
;
-- avec | les meilleures traditions
révolutionnaires | -- de notre peuple. 11
В работе этих переводчиков чаще, чем у
других, наблюдались случаи ориентирования в единицах по их
части. Например, при переводе синтагмы de la Révolution
Socialiste d'Octobre после произнесения оратором слова
Socialiste в переводном тексте последовало «Великой
Октябрьской социалистической ... ».
Два других переводчика показали еще меньшее
отклонение от первой рассмотренной сегментации, но это
отклонение отмечалось в обе стороны: как оперирование
меньшими, так и большими единицами. Увеличение единиц
ориентирования часто выражалось в объединении в одну единицу
тех ритмических групп, которые в речи оратора составляли
одну синтагму, но разъединялись первым переводчиком.
Например:
-- C'est en effet à la suite | + de la
Révolution | d'Octobre |;
-- Ainsi | + est né | j le Parti |.
Один переводчик при переводе данного текста
избирал регулярно синтагмы (отставая на величину^ немного
превышающую синтагму), но в некоторых случаях он отставал от
оратора на более продолжительные величины:
-- et à s'engager 11 sur le chemin 11 du
combat | pour le socialisme |;
-- c'est en effet à la suite | de la
Révolution d'Octobre 11 en décembre 1920 11.
33
Первый отрезок весьма специфически для
французского языка расчленен оратором на синтагмы и мог бы
при другом членении составить лишь одну синтагму вместо двух
синтагм и двух ритмических групп. Аналогичный отрезок в речи
того же оратора составил лишь одну синтагму: à se tirer de
l'ornière j du réformisme | et de l'opportunisme ||. Второй
отрезок по своему фонетическому оформлению в речи оратора
может рассматриваться как интонационный член.
Анализ сегментации исходного речевого
потока переводчиками 1-й группы показал, что индивидуальные
особенности, отмеченные при сегментации первого текста,
проявлялись при сегментации других текстов. Изменения
появлялись лишь при переводе речей, произносимых в быстром
темпе (выше 220--230 слогов в минуту). Переводчики,
предпочитавшие при медленном и среднем темпе речи оратора
избирать в качестве единиц ориентирования синтагмы или 1--2
ритмические группы, при быстром темпе отставали от оратора
на синтагму и более. Переводчики, отстававшие при среднем
темпе речи на синтагму, увеличивали отставание еще на 1--2
ритмические группы. У одного переводчика отставание
периодами достигало одной фразы. Отметим, что во времени
отставание в этих случаях увеличивалось незначительно (на
доли секунды). Можно полагать, что увеличение отставания
переводчика в единицах исходного текста при быстром темпе
речи оратора служит в определенной степени средством
сохранения необходимого времени реакции.
Данные о сегментации исходного речевого
потока переводчиками 1-й группы сведены в табл. 1.
Таблица 1
Единицы ориентирования (ЕО) в
деятельности переводчиков 1-й группы
|
Переводчики 1-й группы |
Процент единиц
ориентирования, |
|
равных 1--2 ритм. группам |
равных синтагме |
превышающих синтагму |
|
Б. |
30,3 |
60,2 |
9,5 |
|
Миг. |
29,1 |
62,0 |
8,9 |
|
С. |
22,2 |
65,4 |
12,4 |
|
Ш. |
19,7 |
69,7 |
10,6 |
|
Мок. |
17,5 |
72,6 |
9,9 |
|
М.-Б. |
16,0 |
72,1 |
11,9 |
|
Мое. |
5,6 |
76,3 |
18,1 |
34
Обратимся теперь к сегментации исходного
речевого потока переводчиками 2-й группы, обучавшимися
синхронному переводу в течение 6 месяцев. В этой группе
наблюдалась значительная дифференциация. С одной стороны, у
пяти переводчиков отмечались относительно стабильные
величины единиц ориентирования: одна -- две ритмические
группы -- синтагма, т. е. эти переводчики осуществляли
ориентирование приблизительно по таким же единицам, как и
переводчики 1-й группы. С другой стороны, у двух
переводчиков в пределах 1,5 минуты перевода констатировались
самые разнообразные по величине единицы ориентирования: от
одной ритмической группы до четырех синтагм. Один из них,
начиная с ритмических групп и синтагм, затем постепенно
отставал от оратора, опуская при этом целые компоненты
высказываний оратора. Другой переводчик тоже начинал с
минимального отставания, затем временами отставал на две --
три синтагмы, но все же удерживался на этой дистанции и даже
сокращал ее, жертвуя иногда целыми высказываниями оратора.
Данные об отставании переводчиков 2-й
группы от оратора сведены в табл. 2.
Таблица 2
Величины отставания переводчиков 2-й
группы от оратора
Переводчики
2-й
группы |
Отставание |
| в 1 -- 2 ритм. группы % |
в синтагму % |
больше синтагмы % |
|
Заб. |
15,5 |
71,3 |
13,1 |
|
Г. |
18,1 |
67,8 |
14,1 |
|
А |
24,6 |
64,9 |
11,5 |
|
Зах. |
23,2 |
63,1 |
13,7 |
|
к. |
27,3 |
57,5 |
15,2 |
|
Д. |
22,8 |
46,2 |
31,0 |
|
Р. |
32,7 |
44,0 |
23,3 |
По 2-й группе можно сделать вывод, что пять
переводчиков овладели в основном сегментацией исходного
текста, а у двух переводчиков эта способность еще не
сформировалась (следует иметь в виду, что здесь имеют место
и другие, еще большие трудности, о которых речь пойдет
позже).
35
В 3-й группе (студенты, приступающие к
изучению синхронного перевода) не наблюдалось сколько-нибудь
стабильной сегментации исходного текста на единицы
ориентирования. Все переводящие, начиная с отставания в 1--2
ритмические группы, после 1--2 фраз исходного текста уже не
выдерживали постоянную величину отставания: то отставали на
целую фразу и более, то ценой пропусков или отказа от
перевода прозвучавших отрезков исходного текста снова на
короткий период (1--2 фразы) пристраивались за оратором с
минимальным' отставанием. Лишь при очень медленном темпе
речи оратора (менее 170 слогов в минуту) устанавливалось
относительно стабильное отставание в 1--2 ритмические группы
-- синтагму.
Приведенные экспериментальные материалы в
основном подтверждают предварительную рабочую гипотезу о
том, что ориентирование переводчиков в исходном тексте
осуществляется на основе отрезков, различных по составу и
величине. Во многих случаях единицами ориентирования
являются такие смысловые звенья исходного текста, которые
оратор выделяет в своей речи путем интонационного членения
речевого потока. По нашим данным, наиболее часто в качестве
единиц ориентирования выступают синтагмы, реже --
ритмические группы, интонационные члены и фразы. Величина
избираемых единиц ориентирования колеблется в зависимости от
индивидуальных особенностей переводчика и темпа речи
оратора. Одновременно значительное количество единиц
ориентирования (см. табл. 1 и 2) не совпадают с указанными
смысловыми величинами. В этих случаях процесс формирования
внутренней программы высказывания в сознании переводчика
развивается иными шагами, чем реализация программы оратором.
Ориентирование переводчика в речи оратора с
принятием последовательных переводческих решений выражается
в общем отставании, сдвиге текста перевода относительно
исходного текста. Этот сдвиг в наших опытах колеблется между
двумя крайними точками: 600 и 3000 мс в зависимости от
индивидуальной стратегии переводчика, темпа речи оратора и
характера исходного текста. Большинство величин сдвига
располагается между 1800 и 2600 мс.
Выдерживание оптимальных величин отставания
и соответственно рациональное выделение единиц ориентиро-
36
вания представляют определенные трудности
для начинающих синхронных переводчиков. Для преодоления этих
трудностей необходима специальная направленная тренировка.
Интересно сравнить полученные данные с
результатами других исследований.
В экспериментальном исследовании,
проведенном по подобной методике с участием 6 переводчиков
различных языковых комбинаций (английско-французская,
французско-английская, английско-немецкая и
немецко-английская) на материале 9 исходных текстов по 1000
слов (3--6 минут) каждый (Goldman-Eisler F., 1972),
отставание переводчиков от ораторов было соотнесено с
интонационно-смысловыми единицами и с элементами
высказываний в категориях порождающей грамматики.
При соотнесении величин отставания с
интонационно-смысловым« величинами в речи оратора были
обнаружены три группы отрезков: а) отрезки, совпадающие с
единицами интонационного членения речи оратора,-- идентичная
сегментация (11%); б) отрезки, равняющиеся частям единиц
интонационного членения речи оратора,-- расщепляющая
сегментация (41%); в) отрезки, включающие 2--3 интонационные
единицы,-- объединяющая сегментация (48%). Ф. Голдман-Эйслер
сделала вывод, что переводчики предпочитают не копирование
сегментации, а конструктивный процесс расщепления или
объединения. Отметим, что при таким подходе игнорируются
периоды времени для принятия решений (в случае подсчета
объединяющих единиц), а также возможность идентификации
отрезков по их части (в случае расщепляющих единиц).
Введение указанных поправок могло бы существенно изменить
общую картину экспериментального материала, а с ней и
выводы.
Сравнение отставания с элементами
синтаксической структуры высказываний привело исследователя
к выводу, что, приступая к переводу каждого нового
высказывания, примерно в 90% случаев переводчики
ориентируются на отрезки, более или менее совпадающие с
предикативной синтагмой. Ключевая информация, позволяющая
начать перевод, содержится, по мнению автора, в предикате.
Величина отставания переводчика зависит от того, насколько
велика часть, стоящая перед предикатом. После восприятия
предиката понимание исходного высказывания облегчается, и
отставание переводчика может сокра-
37
щаться. Вследствие ключевой роли предиката
величина отставания зависит от особенностей синтаксиса
исходного языка. Так, при переводе предложений с немецкого
языка, где глагол располагается в конечной позиции,
отставание переводчика больше, чем при переводе с
английского и французского языка. Отметим, что и в нашем
экспериментальном материале наблюдаются случаи
ориентирования по предикативным синтагмам, но их удельный
вес не столь велик.
Экспериментальные исследования учебного
перевода студентов, проводимые в Лейпцигском университете
имени Карла Маркса, привели к выводу, что «...особенно
подходящим для синхронного перевода является такой тип
анализа текста-оригинала, который позволяет распознавать и
переводить т. наз. независимые (т. е. поддающиеся переводу в
изоляции от контекста) синтагмы, содержащиеся в данном куске
текста-оригинала.» (Картелье-ри К.,Эссер У.,"1975,с. 163).
